Чтение онлайн

— Ну что, кто первый? — спросил он, покосившись в темный провал.

Их встречали. Стоило абордажникам Альфы-1 выбраться из лифтовой шахты, как коридор перед зоной лифтов взорвался огнем десятка стволов. К счастью, в этот раз на стороне защитников не было ничего серьезней обычных штурмовых винтовок. Реактивные пули высекали искры из стен, застревали в личных щитах и, потратив заряд, падали вниз.

— Что застряли! — рявкнул Псих, выбираясь из шахты. — Это же просто мясо! За мной!

Не переставая стрелять, он рванул вперед, опередив взрывы трех гранат, прилетевших в лифтовую зону.

Когда Марк и Джи достигли точки назначения, все уже кончилось. Жидкий заслон не принял бой и спешно отступил вглубь ядра, запечатав за собой все двери.

— Какие быстрые, — притворно посетовал Псих, ударив ногой по бронированной створке. — Открывайте! Больно будет.

***

За дверью что-то взорвалось, да так громко, что часть световых панелей отключилась. Белениус Суини на короткий миг испуганно замер, а затем вернулся к работе. Пальцы профессора легко порхали над клавиатурой, вводя необходимые корректировки в тонкий процесс переноса сознания в другое тело. В этот момент он чувствовал себя практически всемогущим. Богом!

Ради таких моментов он и живет!

Будучи ученым до мозга и костей, он без остатка посвятил себя науке. Деньги — инструмент. Слава — глупость. Мораль — препятствие. Все это глупое, пустое, напускное. И только наука вечна!

Джодок Дойл понимал его, как никто другой, дав то, о чем он всегда мечтал. Пришло время отдать этот долг. Будет ложью сказать, что Суини не боялся. Но как говорил один из его помощников «Глаза боятся, а руки делают». Умный был мальчик. Жаль, болтал слишком много и не только в лаборатории.

Профессор так погрузился в работу, что пропустил тот момент, когда выстрелы и взрывы прекратились.

Три бойца в тяжелых скафах и два десятка сотрудников службы безопасности в штурмовых — вот и все силы, что наспех удалось собрать для защиты лаборатории и Центра Управления. Остальные бойцы корпорации оказались разбросаны по станции и сейчас бесславно гибли, не в силах противостоять абордажным и штурмовым группам дома Фобос.

Последняя коррекция. Девяносто девять процентов! Сто! Есть перенос!

В спину что-то с силой ударило, на консоль брызнуло красным и та пошла трещинами, заискрила. Реактивная пуля прошла через его тело и застряла в твердом пластике. Угасающим сознанием Суини с отстраненным интересом смотрел, как с шипением выгорает ее заряд.

И все же ему это удалось! Удовлетворение от отлично проделанной работы и легкое сожаление, что на этом все закончится — так встретил смерть профессор Белениус Суини.

— Этот спекся, — сообщила Джи, небрежно столкнув мертвое тело с рабочего места. — Жизненные показатели на нуле. А вот эти два, — кивок в сторону опутанных проводами медицинских капсул — еще ничего, кашляют. Только первый в искусственной коме, а второй только что пришел в сознание и просто притворяется.

Марк ее не слышал, буравя жадным взглядом лицо мужчины в самом расцвете лет. Так близко, стоит только руку протянуть.

— Вот и встретились… отец, — прошептал он одними губами.

— Дай мне, Марк! Ты обещал! — потребовал неуклюже прихрамывающий Северов.

Бой у лаборатории вышел коротким, но ожесточенным. Близкий взрыв гранаты не пробил броню, но повредил один из сервоприводов левой ноги его скафа.

Да и сам Марк обзавелся украшением в виде внушительной вмятины на левом наплечнике, полученной, когда личный щит скафа отключился. Два абордажника Северова и вовсе остались лежать в коридорах ядра станции. Еще четверо, но уже из числа бойцов дома Фобос, получили ранения различной степени тяжести.

— Он твой, — согласился Марк, отступив назад. Словно боялся, что может не удержаться.

— Кто в сознании? — Северов не спрашивал, а скорее просил.

— Молодой, — отозвалась Джи. — Тот, что в левой капсуле.

— Прекрасно! Просто прекрасно, — почти пропел Северов. — О лучшем я и не мечтал! — «Вырванная с корнем» крышка капсулы полетела в сторону. — Хватит притворяться, Джодок. Твое время пришло.

Лежавший в капсуле юноша открыл глаза.

— Северов.

— Он самый, — усмехнулся глава «Глоком». — Дано не виделись, Дойл.

— Почему ты с ним? — мысли Джодока метались. Память зияла провалами. Возможно, всему виной последствия переноса, но он не помнил, чтобы Северов был в длинном списке его врагов.

— Рудовоз L-105, - ответил Северов, почти ласково сжимая его горло. Джодок забился, силясь вырваться, но все было бесполезно. Северов одним рывком выдернул его из капсулы, держа на весу. — Как давно мне хотелось это сделать! Ну что, какого это, потерять все в шаге от успеха? Знать, кто виноват. Понимать, что все? Чувствовать, как жизнь уходит из тебя? Капля за каплей. Капля за каплей.

— Что тебе надо? — прохрипел Джодок, хватая ртом крохи доступного воздуха. — Мои активы, счета?

Северов слегка ослабил хватку.

— Ты умеешь воскрешать мертвых? Нет? Тогда мне нужна твоя жизнь. Только это и ничто иное… Марк, убей его! — Он небрежно кивнул в сторону старого тела Джодока.

— С радостью!

Прижав ствол винтовки к голове неподвижного Джодока Дойла Первого, Марк отрегулировал дальность и нажал на спусковой крючок. Голова просто взорвалась, порядком забрызгав его скаф.

— Один! — Северов вновь сжал руки и медленно наблюдал, как из тела молодой копии Джодока Дойла уходит жизнь. — Второй… Вот и все, — потерянно прохрипел он, отбросив от себя мертвеца.

Хлопнул еще один выстрел. Голова Джодока Дойла Два взорвалась, как это только что произошло с оригиналом.

— Так он точно не встанет, — пояснил Марк, но Северов его, казалось, даже не слышал, только бормотал с отстраненным ликованием «Все! Все! Все!».

— Вы двое, — повернулся Марк к уцелевшим абордажникам Северова. — Уведите его в Центр Управления.