Чтение онлайн

— А теперь порепетируем! Ни минуты, потраченной зря!

— Понимаешь, он в клетке, а кругом разбойники и бесы! Ты уже сосредоточился напряжением воли! Напрягись! В тебе уже накопился заряд, ты заряжен до отказа… Ты сконцентрирован мысленно на том, что тебе предстоит делать, на сражении, в которое ты вступишь… Сохукула легко узнать по желтому хохлу… Смотри!

Мне положено было внимательно рассматривать рисунок, смотреть до одурения, лишь бы не ошибиться в хохле… Случится страшная беда, если я шарахну по башке Сохукула вместо какого-нибудь другого демона!

— Гляди же внимательно, не ошибись! На левой руке у него семь пальцев, а у других демонов — пять, как у обычных людей!

Теперь-то я не мог обмануться. Что ж, займемся музыкой!

— Понял? Резкие удары!

Он постучал вилкой — тик, тик, так! — по медной кроватной стойке.

— Слышишь? Это синкопа… Синкопа! Играть надо, не как придется… Ты сидишь на корточках, встаешь, и сразу поклон… Ты кланяешься мне после каждых двадцати ударов… Это называется возданием почестей… Почестей!

Произнося эти слова, он не сводит глаз с картинки: ведь мы оба должны проникнуться!

— Смотри! Я разворачиваю туловище направо… Шея пошла, голова… Два, три мигания… Улавливаешь? Тук! Тук! Тук!.. Одновременно!.. Я разогреваюсь, прихожу в веселое настроение… А теперь адажио… По идее, я иду на пуантах, а ты отбиваешь аккорды — ток, ток, ток! И вдруг бросок вперед… Бросок… Я кружусь вокруг пресловутой клетки… В ней демон Сохукул… А руки мне надо вот так держать…

Он показал мне на заставке, как именно надобно держать руки: изогнул над головой наподобие ручек вазы — очень изящно.

— Итак, я бросаюсь… Повторяем!

Он начинает свою пантомиму и вдруг останавливается.

— Ах, друзья мои, чистое сокровище моя Пепе! Видел бы ты ее на пуантах! Бездна обаяния! Фея, сильфида на пуантах! Я ничто рядом с ней!.. Так создать обстановку… Ну-с, дружочек. Так… так… так!

Воспоминания.

Я знай стучу, пускаю градовую дробь, как ему хотелось, по медной стойке, сверху донизу. Он трясется, подергивает ногами, но с места не трогается… совсем не так, как на рисунке, — нет той страстности.

— Так не пойдет! — возражаю я. — Мухлюешь, мил человек!

Я малость поднаторел. Вихляет задницей, и будьте довольны… курам на смех! Совсем не то, уж я-то в этом толк знаю!

— А где же усилия? Ты же толковал об усилиях?

Пусть попотеет!

— Не видать тебе этого хмыря, как своих ушей! Твой демон только поморщится и, верно, подумает: «Ну, лодырь! Ну, котяра!»

Мне нужно, чтобы он надрывался, чтобы вон из кожи лез. Зря я, что ли, просыпался? Тут он сразу завертелся, начал стараться изо всех сил… Стучит пятками, вскидывается… Поехало! Строит мне глазки, подмигивает, подскакивает… Это уже настоящие прыжки. Теперь становится похоже на рисунок. Но это еще не фарандола, не подлинный вихрь Сохукула… Не то, не то! Он так потеет на пируэтах, что с него брызжет, со всего его шерстистого тела летят брызги. Начинает шумно дышать… Новый заход. Теперь нужно завесить лампочку, обернуть трусами… Чересчур яркий свет для Духа, слишком режет глаза… Нет, что-то не выходит… Проклятье, он сдается!

— Кончили с Сохукулом! Хватит, говорю! Выдохся! Стал, с трудом переводит дух.

— Я никогда не овладею им! Олух, каких мало! Я перестал его воспринимать! Перестал! Проваливай, мерзавец!

Он отметает его резким взмахом руки и валится без сил. Надо признать, сокрушительное поражение. Но это же не конец! Ну, ошибочка вышла, всего-то!

— Найди страницу с Гоа! Это cap! Настоящий, колдовской!

Он одушевился.

— Он являлся по моему желанию. Сар третьей степени, слышишь, курчавый? Третьей! Можешь вообразить его могущество? Сохукул не любит Лондон. Мне-то ясно, что это значит… Ладно, пока помолчу… Нужно просто вернуть Гоа! Он уже почти был у меня в руках… Гоа может выдержать в Лондоне — ведь он влажный, а тот сухой… Я всегда это говорил. Мог бы уже и догадаться!..

Вновь роемся в «Вегах», находим те три страницы — Обряд и Жертвоприношения. Судя по заставкам, не менее двух часов телодвижений.

— Стучи, стучи! Не забыл? Я пяткой… топ, топ, топ! Затем твои четыре удара… тр-р-р-р!.. Ну, давай, хватит уже дрыхнуть!.. Я за тобой, как привязанный… топ, топ, топ!

Он вновь входит в транс — что значит вера!

Пошел отплясывать в пеплуме, то есть в моей простыне… Закутался в нее, потом швырнул в воздух, бросился ловить, припустил бегом… Подпрыгнул, оступился, упал, сверзился с грохотом… ба-бах! Спальня сотряслась, зеркало брызнуло мелкими осколками, посыпалось… Нужно было видеть его рожу… Остолоп остолопом… Дождь дребезгов!

— Ну, что? — спрашиваю. — Завязываем?

— Теперь на десять лет несчастий! — все, что он может ответить.

Это тебе любой дурак скажет!

— Ну, так что, укладываемся?

Я решил, что вроде уже довольно, побили предостаточно. Так нет, ничего подобного!

— Вот так просто и кончили? Да ты охренел!

— Ну, ты даешь! Тебе мало разнесенного вдребезги зеркала? Хорош гусь! Да ты просто чудовище!

— Ну, будет, будет! Не стыдно выказывать слабость?

Давит он на меня, за мальчишку принимает! Послушать его — сущий тиран! Совсем затыркал!

— В такт! И довольно уже дуться! Держи хвост трубой! Слышал такое выражение?

Завертелся, заскакал на кошачьих лапках. Гаер резвился от всей души, носился как угорелый. От кроватей устремлялся к окну, перепрыгивал через тахту. Вращение. В тексте «в-в-в»… сиречь быстрота. Обозначено мелкими значками. Начинаю разбираться. Исполняю партию сначала вилкой, потом ложкой. Он мечется посередине, шерсть на животе шевелится… Пляска, транс, легкие вздохи… Свернулся калачиком… Ласковый, полный неги… И вдруг — раз! — распрямился! Снова пляс… Изображает испуг. Я загоняю его так, что ему дышать нечем станет, заставлю его в точности исполнять все до единой пометки «в-в-в»! Пусть крутится волчком по полной программе и одновременно строит мне глазки! Иначе я шабашу… и все по-новой! Так написано в книге. Я самый могущественный! Я безжалостен! Я тереблю его, подгоняю — бац, бац, бац! Пусть поскачет, пусть выложится! Пусть самого себя превзойдет и подмигиванием, и вихлянием, и трясением головы! Я придирчив до мелочности, до беспощадности! «В точности, как написано! В точности!»… Пусть делает все, что обозначено на этой странице, без жульничанья! Все заставки до единой! Мне подавай всю «Вегу»! Полностью! Пусть хоть околеет!.. Он продолжает телодвижения, но начинает слабеть… Подпрыгивая, взмахивает руками… Загонял я его все-таки, чтоб ему пусто было. Пусть просит пощады! Уже, верно, три часа ночи! Вдали раскатываются гулкие удары — ночной бой Биг Бена.

— Давай, шевелись! Я-то в порядке!.. Бодрее! Резвее! Тебя что, плеткой подгонять? Шевели задницей!

Вот так я с ним, теперь я его взбадриваю… Начать с того, что на каждой странице, на каждом рисунке — везде изображены бичи, стрекала, зубья. На целый полк хватит!.. Это так, к слову пришлось… Веговские розги, плети всех цветов, о чем я ему и напоминаю. Он весь в мыле, хрипит, задыхается, но не сдается! Крепок же… старый хрен! Только он запросит пощады! Он у меня запоет на финише!

Теперь я знаю музыку, все эти так, тик, ток! Исполняю чисто: перебивчивое стрекотание кузнечиков, рябящая россыпь. Но и ему охота подкузьмить, добавить мне хлопот. Ему подавай теперь работу языком… Изощряется! Ему подавай, чтобы на каждом контрапункте в глотке булькало… Это, видите ли, нравится Духам пляса, приводит-де их в веселое настроение души. Они просто, понимаешь, млеют!.. В общем, лишняя забота.