Чтение онлайн

Малко ничего не сказал, не оправившись еще от шока и удрученный своей неудачей. Он не мог забыть, как из горла несчастного Лим Суна брызнула кровь. Он чувствовал себя ответственным за смерть китайца.

Итак, он выпустил из рук недостающие улики, необходимые, чтобы уличить Аль Мутади. Первому адъютанту через час станет известно, что Малко добрался до архивов банка. Китаянка – друг Лим Суна – подвергалась смертельной опасности, и, помимо всего прочего, чеки будут уничтожены...

Что касается самого Малко, то поскольку его не удалось удалить из Брунея неофициальным путем, его вышлют официально. Находясь в самом мрачном настроении, он смотрел, как мимо судна проплывают берега. Относительно провала своей миссии он еще как-то мог оправдаться в глазах начальства, но как быть с Мэнди Браун? Он утратил единственное средство, с помощью которого он мог бы вырвать ее из загородного бунгало в Джерудонг Парке. Теперь Майкл Ходжис беспрепятственно отомстит ей...

Азизах прервала его мрачные размышления.

– Теперь вы уже не сможете жить у меня, – сказала она. – Но я устрою так, чтобы вам снова дали номер в «Шератоне». Они не смогут мне отказать.

Здание на сваях, стоявшее посреди реки и служившее для контроля за всеми судами, прибывающими в Бандар-Сери-Бегаван, уже показалось впереди. Последний этап большой гонки начался.

Проблема, стоявшая перед Малко, была очень простой. Нужно было найти Е Юн Джи, пока ее не обнаружил и не разоблачил Майкл Ходжис. Если ей уже удалось один раз добраться до чеков, то, быть может, удастся и во второй раз. Но решится ли она на это, узнав о смерти Лим Суна?

Это было единственным средством спасти ей жизнь, ибо в противном случае Малко мог бы только попытаться организовать ее побег в Малайзию. Е Юн Джи была бы в безопасности, если бы удалось разоблачить виновников жульнической махинации.

Малко посмотрел на высокое здание Международного банка Брунея, стоявшее как раз напротив причала. Было уже без четверти пять, а банки закрывались в пять часов.

Малко поджидал Е Юн Джи на углу Джалан Претти и Джалан Макартур, стоя напротив высокого здания из стекла и белой керамики, в котором размещался Международный банк Брунея. Он расположился так, чтобы под его наблюдением находился служебный вход в банк, только что закрывший свои двери. Вышло уже около тридцати служащих. Майкл Ходжис еще не успел принять репрессивные меры. Малко надеялся, что на Е Юн Джи не сразу падет подозрение. Открыв окошки в машине, Малко вдыхал горячий влажный воздух. Уже упали первые капли дождя. Свою машину Малко забрал после того, как принцесса высадила его у рыбного рынка, позволив ему тем самым избежать поста иммиграционной службы.

Быстро темнело. Он вышел из машины. Если б он только знал, где жила осведомительница Лим Суна. Он хотел позвонить ей на работу, но это подвергло бы ее дополнительному риску... Линию могли прослушивать.

Он прошел вперед до машин, припаркованных у банка на Джалан Робертс. Служащие еще выходили. На него никто не обращал внимания. Уже пять двадцать. Его охватила тревога: а что если Майкл Ходжис наложил уже свою лапу на Е Юн Джи? Прошло еще десять минут. Больше никто не появлялся. Но вот наконец вышли две женщины. Одной из них была Е Юн Джи. На ней были черные панталоны и белая блузка. Она рассталась со своей сослуживицей напротив Кампонг-Эйера.

Малко тут же приблизился к китаянке и схватил ее за руку.

– Е Юн!

Она вздрогнула от неожиданности, повернулась, и изумление сменилось улыбкой. Затем она испуганно оглянулась вокруг себя. К счастью, уже было почти совсем темно.

– Как... Что вы здесь делаете? – спросила китаянка.

– Мне нужно поговорить с вами. Это очень важно... Пойдемте.

Е Юн Джи, казалось, была прикована к месту. Ошеломлена.

– Это очень опасно, – проговорила она тихо. – Если нас увидят...

– Хорошо, – произнес Малко. – Встретимся напротив компании «Британские авиалинии», на углу Сунгай Кианггех. Вы там сядете в мою машину.

Он отошел. Главное сейчас не напугать китаянку. Она – его последний шанс... Ему потребовалось целых пять минут, чтобы вырваться из пробки напротив причала. Пошел сильный дождь...

Когда он достиг здания «Британских авиалиний», Е Юн Джи уже промокла до нитки, но стоически переносила невзгоды.

Китаянка скользнула в машину Малко, который тотчас же спросил:

– Вы где живете?

– Довольно далеко, в сторону аэропорта, на улице Джалан Тасек Лам. Вас послал Лим Сун? Что случилось?

Малко свернул на Сунгай Кианггех и ехал очень медленно из-за дождя, который делал почти непроницаемым его ветровое стекло. Молодая китаянка, казалось, была охвачена паникой.

Теперь ей нужно было сказать правду.

– Я был в Лимбанге, и Лим Сун передал мне фотокопии чеков, – проговорил Малко.

Улыбка осветила некрасивое лицо Е Юн Джи.

– Именно это вам было нужно?

– Совершенно верно. Вы проделали все замечательно.

Как все некрасивые женщины, она легко поддавалась чарам привлекательного мужчины. Она не могла оторвать взгляда от золотистых глаз Малко. Тот воспользовался ситуацией.

– Е Юн, – объявил он, – случилась страшная вещь: убили Лим Суна.

Она пискнула тихо, как мышь.

– Он мертв?

– Да, и я ничего не мог сделать, чтобы помешать этому.

Совершенно растерянная, она откинулась на спинку сиденья.

– Но вы...

– Я был спасен в последний момент. Не без помощи принцессы Азизах...

– Вы ее знаете? – воскликнула восхищенная китаянка. – У нас в банке есть ее счет. Но что она сделала?

– Она вмешалась. Только слишком поздно для Лима, и у меня отняли чеки.

– Боже мой! – прошептала китаянка.

Малко остановил на обочине машину и обнял ее за хрупкие плечи. Ее сотрясали рыдания, и она попыталась освободиться из его объятий. Началась настоящая истерика.

– Оставьте меня, это ужасно. Лим погиб из-за вас. Он был настоящим братом для меня. И что теперь будет со мной? Они обнаружат, что чеки – моих рук дело. Меня выгонят, и я не найду больше работы.

Она плакала горючими слезами. Малко попытался успокоить ее. Китаянка вдруг открыла дверцу. В последнее мгновение ему удалось схватить ее и втянуть обратно в «тойоту». Дождь по-прежнему лил потоками. Она молча билась в его руках, пытаясь сбежать. Ее очки упали, и без них она показалась Малко почти красивой.

– Успокойтесь, – твердил Малко.

– Нет, нет!

Внезапно она начала колотить его, царапать, она дрыгала ногами, что-то кричала то по-китайски, то по-английски. Настоящий нервный припадок. Ей несколько раз удавалось открыть дверцу, и ему приходилось применять силу, чтобы помешать ей сбежать. Если ей это удастся, он никогда ее больше не увидит, подумал Малко... Она разбила кулаком зеркало. Он вынужден был обхватить ее руками и почувствовал прикосновение ее твердой груди. Обнимая ее, он мягко успокаивал и не обращал внимания на то, что она расцарапала ему лицо. В результате уговоров она пришла в себя, но опять расплакалась. Он снова начал успокаивать ее.