Чтение онлайн

Но Медведь и без меня все видел. Трудно не увидеть бегущего прямо на тебя противника, когда до него остается всего пять-семь метров. И снова не успеть перезарядить гранатомет… А если и успеть – граната не успеет встать на взвод на таком расстоянии!

Но Медведь и не собирался ничего из этого делать, тем более что в руке он до сих пор сжимал пистолет, и не было времени даже убрать его в кобуру, равно как и не было возможности перезарядить гранатомет всего одной рукой.

Поэтому Медведь просто шагнул вперед – прямо навстречу к уже занесшему огромный кривой тесак Гореломуи резко выбросил пушку вперед, словно копье втыкая ствол прямо в морду противника!

Может, от него и отлетают пули, или что он там с ними делает – абсорбирует, как технобиот! – но когда в голову на полной скорости врезается многокилограммовая дура, скорость которой суммируется со скоростью твоего собственного бега – ноги вылетают из-под тела сами собой. Просто в силу законов физики, а, конкретно, инерции.

Поэтому я словно бы в замедленной съемке, четко и во всех подробностях наблюдал, как Горелый распластывается в воздухе, лицом вверх, неловко взмахивает своим тесаком, и падает на спину, чуть-чуть не дотянув до половины сальто.

А потом Медведь опустил руку с пистолетом, направляя его в голову упавшего противника, и выстрелил.

И еще раз.

И еще.

И еще один.

И еще…

В общем сложности он выстрелил девять раз. Совсем как я, когда мне пришлось бороться с броней черного сектора. Так же стрелял в одно место, надеясь, что материал рано или поздно даст слабину и сдастся, и что произойдет это раньше, чем в магазине кончатся патроны.

Хотя по Медведю трудно было сказать, надеялся он на это или все происходящее было тонким расчетом – под его очками и бородой, пусть и обгоревшей, прочитать выражение лица было невозможно.

Наблюдая за тем, как центурион добивает последнего противника, я не забывал сканировать периферийным взглядом окрестности на предмет новых опасностей – как ни крути, а нашумели мы тут от души. Странно, что вокруг нас до сих пор не собрался целый зверинец или тем более… Хм, как правильно сказать? Людинец?

Убедившись, что никого нет, я перещелкнул автомат на предохранитель, оставляя патрон в патроннике, и поднялся, обходя машину со стороны задней двери. Медведь же тем временем отошел куда-то в сторонку от того места, где покончил с последним противником, и застыл, задрав голову в небо. Спустя десяток секунд ему прямо в вытянутую руку спланировал парашютик с коробочкой на конце – тот самый спаркс, который он отстреливал в самом начале. Даже удивительно, как долго он спускался – тут целый бой успел пройти за это время. Впрочем, в таких стрессовых ситуациях каждая секунда растягивается впятеро против обычного, так что практически невозможно сказать, сколько именно времени продлилось все боестолкновение.

Общая продолжительность боя составила шестьдесят восемь секунд. Совершено сорок четыре выстрела. Совершено тридцать два результативных попадания. Эффективность ведения боя – 82%. Рекомендация. Улучшить комплектацию боекомплекта с учетом полученной информации. Рекомендация. Улучшить комплектацию оружия, дополнив его подствольным гранатометом. Рекомендация. Улучшить комплектацию оружия, дополнив его коллиматорным или голографическим прицелом.

Я даже усмехнулся – настолько очевидными оказались советы механического суфлера. Будто бы без них мне бы не пришло в голову обзавестись всем этим добром, да поскорее. Да я почти сплю и вижу, как бы это провернуть!

Но вот что характерно – суфлер ни слова не сказал о том, чтобы заменить оружие. Получается, в общем и целом выпавший мне коротыш по мнению внутреннего голоса вполне справлялся с теми задачами, которые мне пока что успели выпасть… И, в общем-то, с ним трудно спорить в этом плане – пока что все столкновения проходили на достаточно короткой дистанции, для которой хватало такой небольшой длины ствола, чтобы пуля летела более или менее ровно . Мало того – небольшая длина была даже на руку, и я уже успел ее оценить, когда зачищал СС-14. Надо признать, с большим автоматом я бы так ловко не смог досматривать углы.

Хотя с тех пор, как автомат обзавелся штатным ПБС, называть его прямо «коротким» язык не поворачивается. Он еще не полноценная бум-палка, конечно, но и коротышом быть перестал. Зато «Канарейка» стала щебетать намного тише, да и утяжеление ствола позволило уменьшить отдачу и повысить стабильность стрельбы, особенно очередями, что не может не радовать. Осталось только штатный гранатомет раздобыть, который еще больше утяжелит переднюю часть и повысит стабильность, а заодно – будет играть роль вертикальной рукоятки. К тому же, как я только что успел убедиться, иногда гранатомет – чуть ли не единственное адекватное ситуации оружие… Как бы странно это ни звучало.

Медведь скомкал парашютик и засунул его в один из подсумков, а потом двинулся вдоль тел, иногда одиночными выстрелами в голову добивая тех, кто еще оставался жив. Я решил последовать его примеру и принялся за то же самое действие, только пойдя в другую сторону. И первым, к кому я подошел, был тот самый пуленепробиваемый, которого только Медведь и смог успокоить.

Я ожидал увидеть раскрошенный пулями кровавый фарш вместо лица, но все оказалось совсем не так. Голова Горелого была совершенно цела, если не считать вытекшего правого глаза, в который, видимо, и попали пули… Что, все разом? Нет, так не бывает.

Я присел возле мертвеца и аккуратно приподнял его голову. Так я и думал – сзади нет не то что разлетевшейся в крошево затылочной кости, там нет даже банальной крови. И ни одного кровавого пятнышка. Словно Медведь, выпустив девять патронов на расстоянии вытянутой руки, попал лишь одним, да еще и каким-то образом пуля осталась внутри черепа. Тут определенно что-то не так…

Кинув быстрый взгляд на Медведя, который как раз перезаряжал пистолет, я достал нож и попытался прорезать кожу мертвеца. Как ни странно, нож легко взрезал кожу и из разреза выступила пара капель крови. Совершенно обычной, красной крови. Тогда я попробовал то же самое на лбу – с тем же результатом.

Ничего не понимаю, короче.

Медведь успел отдалиться от меня метров на двадцать, и я решил не кричать ему, а закончить с делом и только тогда задавать вопросы. Поэтому, оставив непонятного мертвеца, я вытер кровь с ножа о короткие грязные штаны Горелого, встал и поспешил раздавать контроли тем, кто еще шевелится.

Когда я закончил и подошел к Медведю, он как раз заканчивал снаряжать свой гранатомет новыми выстрелами. Делал он это интересно – повесил его на ремень на шею раскрытым, и левой рукой вынимал гильзы, тут же заменяя их на новые гранаты. При этом Медведь без устали сканировал взглядом пространство, едва заметно поворачивая голову, а в правой руке, прижатой к груди, держал наготове пистолет.