Чтение онлайн

Я всегда мечтала сыграть на противоположной от тебя стороне, папочка.

Энджел будет против. Он не одобрит моего выбора. Отцовская подстилка во всех смыслах этого слова, как бы отец не обращался с сыном, Энджел всегда будет стоять за плечом Рэя Кинга и молчаливо выполнять его приказы. Оправдываясь заботой о близких. Прикрывая этим никчёмным оправданием своё нежелание бороться.

Отчего-то было важно отомстить им обоим – и тому, кого ненавидела, и тому, кого любила?

Так, лелея злобные, полные гнева и злой радости, на дне которых лежал ядовитый осадок отчаяния и горечи, я и уснула.

Спала сладко, как младенец. Почему нет? Сожалеть было не о чем.

Глава 4. Альберт

Я устал от женщин. В последнее время их стало слишком много в моей жизни! Я разрывался от желания угодить обеим, понимая, что по-настоящему не могу сделать счастливой ни одну, именно потому, что их – две и каждая знает о существовании второй.

Дело не в том, что я эгоистично хотел удержать их вместе рядом с собой. И не в том, что не хотел. Просто… так складывалось.

Мы трое повязаны древним завещанием, чтобы ему сгореть!

Ну почему всё в жизни так сложно? Почему нашему соглашению с Катрин не оставаться чисто холодным и рассудочным? Зачем в деловые соглашения вплетаются чувства?

Мне надоело до чёртиков чувствовать себя виноватым перед Катрин каждый раз после встречи с Синтией, хотя после попытки драгоценной сестрицы отравить Кинга наши с ней отношения были более, чем благопристойными и, вполне себе, сестринско-братскими.

Я не мог не злиться на Синтию за то, что она постоянно становилась между мной и Кэтти. Становилась расчётливо, без малейшего снисхождения, а ведь девушки, как ни крути, не одной, образно говоря, весовой категории. Связался, как говорится, чёрт с младенцем.

Вот и теперь, с какого-то перепугу я потребовался моей дражайшей сестричке прямо с утра? Послать бы её к чёрту! Но я уже мчусь по направлению к Кристалл-Холлу, покорный, как и всегда.

Нужно научиться говорить Синтии: «Нет».

Каждый раз даю себе слово, что так и сделаю, а потом каждый раз сомнения из ряда: «А вдруг это и вправду важно?», – заставляют меня плясать под её дудку и вот я мчусь, в очередной раз, оставив и отодвинув в сторону все остальные дела, послушный воле «госпожи Элленджайт»!

Мне всё это не доставляло удовольствия. Как не доставляло радости возвращение в Кристалл-холл.

Откровенно говоря, меня с души воротило каждый раз, как я переступал его порог. Дом был как мемориал, как памятник всей прошлой жизни. Вспоминать слишком больно, а жизнь вокруг кипела ключом и я, слаб и грешен, предпочитал жить в настоящем. Моя печаль никому из близких не могла уже помочь, так зачем страдать даром?

Синтия считала меня легкомысленным, может быть, так оно и есть. Я не умею ценить реликты. Пусть то, что отжило, останется в прошлом. Я не хочу видеть расколки разбитой жизни.

Стоит перешагнуть порог Кристалл-Холла и боль из-за того, кого мы оба в прошлом любили и потеряли, становилась непереносима.

Поверх той картинки, что глаза видели здесь и сейчас, словно вода, струились другие. Множество. Лица, голоса, запахи. Но нет ничего – даже собаки!

Зачем, ну, зачем ковыряться в ворохе прогоревшего пепла?!

Синтия называла это верностью семье. По мне, так чистейшего рода мазохизм. Наверное, его женская форма?

Не понимаю, как можно здесь жить? Мне даже глядеть на это место невыносимо.

Дверь, которую в мою прошлою жизнь запирали на массивный тяжелый кованный засов, теперь легко открывалась электронным ключом. И расходилась в стороны. На две половинки. Принцип действия, как его там?... Тепловизор, вот! Чудеса техники.

Я бы оставил как было.

А ещё я бы никогда сюда не приходил. Если бы не Синтия.

Она ждала меня на открытой галерее, огибающей дом почти со всех сторон, за исключением парадного входа.

В сегодняшнем наряде сестрица выглядела непривычно глазу. Чужой и, отчего-то, грустной.

При виде Синтии вся моя злость куда-то испарилась. Осталась грусть. Осенняя такая, с горчинкой прогорающих в огне листьев – ранней весной такой грусти в сердце не место.

При виде меня Синтия оживилась, хоть и несколько наигранно.

– Привет, – кивнула она.

Первая! Для Синтии сиё не характерно. Она всегда ждала, когда я сделаю первый шаг к ней навстречу, а она в ответ снизойдёт.

– Привет, – откликнулся я, становясь рядом, облокотившись на перила и устремляя взгляд в обнажённый, безлиственный парк – Ты хотела меня видеть. Как я понял, дело срочное?

Синтия пожала плечами, улыбнувшись:

– Может, я просто захотела тебя увидеть? Соскучилась?

– Тогда всё ещё хуже.

– Почему?

– Потому что ты никогда не хочешь «просто видеть». Если уж тебе пришла охота разыгрывать сестринскую привязанность, значит, задуманная тобой каверза особенно крупных размеров.

– Ты ошибаешься, – вздохнула она.

– В чём?

– Я не задумывала каверзы. Вообще не думала ни о чём плохом. Ты совсем не веришь в нас?

– Верю – в нас? – удивился я. – Не совсем понимаю, о чём ты вообще?

– Потому что не хочешь понимать! – с досады прикусила она губу. – Я хочу вернуть то, что мы потеряли: тебя, себя, Альберта. Всегда хотела только этого. Всё, что я делала, всё, к чему стремилась…

– Как ты намерена вернуть то, что мертво?

– Тебя же я вернула! – упрямо тряхнула головой она.

– Синтия, – в моём голосе прорезалась усталость, – давай перейдём сразу к делу. Зачем я здесь?

– Я нашла способ, как вернуть Ральфа! Нет, подожди, не делай такого лица! Это будет даже проще, чем с тобой. Во всяком случае, быстрее. Мне не придётся ждать годами, восстанавливая тело из клеток…