Чтение онлайн

Да они и не нужны, подробности. На гражданскую позицию подробности не влияют.

Наверное, ему стоит написать про Христину. Это придаст его электронному образу человечность. Вот только как представить марокканку? Христина — близкая подруга? В этом случае Таня закатит глаза и скажет про себя «м-м-м», и получится, что Габриель юлит и не называет вещи своими именами. Нет, он просто напишет — моя возлюбленная, или моя любимая девушка, но какое отношение «моя любимая девушка» имеет к бесчинствам америкашек в Ираке?

Моя любимая девушка — марокканка, я знаю проблему изнутри, и поэтому не могу спокойно наблюдать за теми безобразиями, что творят америкашки в Ираке, я возмущен, я в ярости — вот какое!..

О, нет, не так: моя любимая девушка была марокканкой.

«Была» — необходимое и достаточное уточнение.

Была — и сплыла, теперь-то Габриель свободен? Абсолютно, но на гражданскую позицию такая свобода не влияет.

Пункт с америкашками разобран по косточкам, переходим к следующим, а именно:

Женат ли Габриель?

Нет, не женат.

Что он закончил (имеется в виду учебное заведение)?

Вопрос на засыпку, если учесть, что у Габриеля нет никакого образования и никаких специальных знаний, кроме тех, что он выудил из книг за последние двадцать лет. Их хватило бы на триста тысяч узких специалистов, хотя какое это имеет значение, если миром сегодня правят именно узкие специалисты, гореть им в аду!.. Для успешной работы в «Фиделе и Че» не требуется диплома, но как отнесется к этому факту Таня?

С разочарованием — так думается Габриелю.

В этом случае лучше прикинуться… прикинуться бывшим радиоастрономом. Почему бы и нет? За время их знакомства Фэл выгрызла ему плешь чертовыми пульсарами, и, при желании, он мог бы читать лекции о них — изобретательно, но без научной зауми; на уровне, понятном простому смертному. Такому, как Таня, к примеру.

Итак, что он закончил?

Габриель — дипломированный радиоастроном (скромно и со вкусом, а женщинам к тому же нравятся ученые). Но если он радиоастроном — почему не работает по специальности? Потому что… потому что… вовремя понял, что снимать показания с радиотелескопов — не его стезя. Тогда что его привлекает?

То, что есть сейчас и было всегда, а именно — книги. Про книги он уже писал, повторяться не хочется. Но что еще связано с книгами?

Ага.

«Ты мог бы стать приличным писателем», говорит Фэл. «Большим писателем», говорит Фэл. А писатели нравятся девушкам даже больше, чем ученые. Что ж, попробуем еще раз.

Что он закончил?

Габриель — дипломированный радиоастроном, но вовремя понял, что радиоастрономия — не его призвание. Люди интересуют его гораздо больше, чем звезды и товары, им сопутствующие; он, прежде всего, хочет понять людей. Он хочет опуститься в глубины человеческой души и постараться зафиксировать малейшее ее движение. Он хочет максимально приблизиться к тайне бытия и прожить тысячу жизней вместо одной. Кто может сделать это, кроме писателя? Никто.

Если честно, я мечтаю о карьере профессионального писателя.

Такое признание не оставит равнодушной импульсивную Таню. Такое признание непременно ей понравится.

Габриель не совсем понимает, зачем ему нравиться Тане (очевидно, это как-то связано с поставками сигар), но лучше иметь ее в друзьях, пусть и виртуальных. По той же причине он отпускает бороду, вернее — забывает бриться и борода растет сама собой.

Получается неплохо.

Тане вовсе не обязательно знать о бороде, во всяком случае — в том ее виде, который имеется на сегодняшний день. Борода еще не приведена в соответствие и не синхронизирована с бородами Фиделя и Че, но и без того лицо Габриеля неожиданно приобрело так несвойственную ему твердость. И даже мужественность. Есть и другие положительные моменты: за бородой нужно худо-бедно ухаживать, а значит — чаще смотреться в зеркало.

Что он и делает.

Как предполагал Габриель, известие о том, что он — бывший радиоастроном, а в будущем еще и профессиональный писатель, потрясло Таню до глубины души. Она больше не сравнивает его с красавчиком Бандерасом — лысый подбородок, а сравнивает со стариной Хэмом, который, как известно, тоже жил на Кубе и тоже носил бороду. Габриелю хотелось бы избежать подобных сравнений, но все дело в том, что Таня — девушка и что ей — девятнадцать.

А юность всегда находится в плену романтических стереотипов.

Все последующие письма Тани начинаются с

Привет, мой Хэм!

где «мой» вовсе не означает виды кубинки на Габриеля, а лишь подчеркивает его статус не обремененного семьей, свободного человека, открытого для дружбы.

И в конце писем больше не стоит дурацкая приписка:

С наилучшими пожеланиями —

Таня Салседо

Она заменена гораздо более человечным:

Целую —

Таня

Слова — одни и те же, но всякий раз выглядят по-другому и вызывают вполне законный вопрос: как и куда именно целует Таня. В распоряжении Габриеля есть всего лишь одна фотография с лицом-полумесяцем — но и ее достаточно для воображения:

целоваться с такой красавицей, как Таня, должно быть, чертовски приятно.

А об остальном (что обычно следует после поцелуев) Габриель старается не думать: Таня слишком далеко.

Это не мешает ей делать Габриеля хуже, чем он есть. А именно: она вынуждает Габриеля врать о себе. Приложением к радиотелескопам он уже был, начинающим писателем — тоже, теперь пришел черед сказок о странствиях. Благо, путеводители по разным странам всегда под рукой, а есть еще экзотические романы великих под общим заголовком «иностранец в…» , где каждая фраза пропущена через сердце, а детали — всегда нетривиальны. Габриель начинает с Марокко, которое откуда-то неплохо знает.