...Чума на оба ваши дома!
Шрифт:
Монтекки. С ним тоже не просто… Он влюблен. А влюбленный Монтекки теряет голову…
Синьора Капулетти. Не всегда…
Монтекки. Что ты имеешь в виду?
Синьора Капулетти. Один мой знакомый Монтекки когда-то оказался на редкость рассудительным и послушным…
Монтекки. За это он и наказан! И страдает!.. Даже достигнув преклонных лет…
Синьора Капулетти. В любви не бывает преклонных лет, Пьетти!.. (Пауза.)
Монтекки. Я что-то перестал понимать. Выводи меня на мысль, Юлия!
Синьора Капулетти. Выручай меня, Пьетро… Я в ловушке. Если Джорджи устроит скандал, откроется такая грязь, от которой нам всем не отмыться! Надо, чтоб Антонио исчез… Я бы сделала это через своих людей, но я не хочу, чтобы Капулетти вновь пролили кровь Монтекки… Это значит – опять война. А я устала от войны… Остаток дней хочу провести в мире и любви. Хочу, чтоб наши дома дружили, чтоб наша Джульетта росла счастливой… чтоб мы могли видеться… Ты и я… Как в детстве. Пьетти и Юлия… Извини, этого, наверное, не надо было говорить, но Капулетти тоже иногда теряют голову… (Пауза.)
Монтекки. Хорошо, Юлия… Все будет, как ты просишь…
Синьора Капулетти. Спасибо! Я знала, что не ошибусь в тебе… Как жаль, что не поняла этого много лет назад.
Монтекки. Жаль. Но ничего уже не вернуть… И ты не дослушала… Все будет, как ты просишь, но сделаем это вместе!
Синьора Капулетти. Теперь я не понимаю…
Монтекки. Монтекки и Капулетти. Они теперь будут неразлучны во всем. (Берет ее под руку, отводит в сторону.)
Появляется Герцог.
Герцог (радостно).
Антракт закончился!Любезные синьоры,Я приглашаю всех спуститься в зал…Спектакль опять продолжится, но скороНаступит ожидаемый финал!Надеюсь, будет он не очень скучным,Не очень длинным и благополучным!Так мне обещано… а впрочем, поручитьсяНельзя!Здесь может все случиться:Не раз фантазия актеров и актрисПреподносила публике сюрприз…Аплодисменты.
Гости спускаются в зрительский зал. Звучит музыка: Сцена погружена в темноту.
И до нас доносятся лишь звуковые отголоски событий, происходящих то ли на сцене, то ли в чьем-то воображении.
Голос Антонио (напевает под аккомпанемент гитары):
Ночь в Вероне черна,И не светит луна,И ни звездочки на небосклоне…Но с пути не собьюсь,И рассвета дождусь,Только ты появись на балконе…О, моя синьора!Голос Бенволио (шепотом). Это он.
Голос Валентина (шепотом). Не вижу…
Голос Бенволио. Идите на голос… Да не тряситесь вы так, синьор…
Голос Антонио.
Днем в Вероне светло.Воздух чист, как стекло,И ни облачка на небосклоне…Только, вот тебе раз!Свет небесный погас, —Я не вижу тебя на балконе…О, моя синьора!Голос Бенволио. Синьор, замечу – ваша песенка довольно глуповата.
Голос Антонио. Вероятно, синьор. Но замечу в ответ – она не вам предназначалась.
Голос Бенволио. Это оскорбление?
Голос Антонио. Нисколько. Или здесь мужчины привыкли, что им поют серенады?
Голос Бенволио. Двойное оскорбление! Защищайтесь! (Звук шпаги, доставаемой из ножен.)
Голос Антонио. Чувствую, что вы хотите затеять драку?… Завтра я к вашим услугам! Но сейчас у меня с собой только гитара…
Голос Бенволио. Это меня вполне устраивает! (Шум борьбы. Антонио вскрикнул.)
Голос Антонио. Наемный убийца! Кто ты?! (Стон.)
Голос Бенволио. Узнаешь в преисподней! (Валентину). Валентин… ваша очередь!..
Голос Валентина. Я… не могу!
Голос Бенволио. Да бей же… Трус! Мы договаривались. (Шум борьбы).
Голос Антонио. Ну, нет… Я вам так просто не дамся!.. (Крик).
Голос Валентина. Я ранен! Мне плохо… (Его тошнит.)
Голос Бенволио. Вот! Получай! (Крик боли, звук убегающих ног.)
Голос Антонио. Мерзавцы! В спину… «Храбрецы» (стонет). Чума на оба наши дома!.. (Звук падающего тела).
И сразу звон колокола.
Голос синьора Капулетти. Финал ужасен был. Не так ли?
Голос синьоры Капулетти.
О да! Ужаснее спектакля,Мне кажется, и быть не может…ГолосМонтекки.
Как жаль, что мненья наши схожи…Голос Герцога.
А я совсем не понял: кто?… кого?!.И почему во тьме? И колокол откуда?…Ну, никому нельзя доверить… ничего!В дальнейшем сам продумывать все буду…Звук колокола усиливается.
Келья монастыря. Лоренцо со свечой в руках открывает дверь
Вбегает Розалина.
Розалина. Он жив?!
Лоренцо.
Да, дочь моя! Но не могу беспечноСказать, что смерть далеко отошла…Двух суток не прошло с той страшной ночи,Когда добрался он в наш монастырьБез сил и в окровавленной одежде…Я обработал раны так, как мог,Но слабы люди… Всемогущ лишь Бог!..